21:47 

Васильковые миры.

Daiho Woodman
Давай обнимемся...Это было почти искренне.(с) «Хочешь мира — готовь парабеллум». Est quaedamflere voluptas.
На столе стоит вазочка с васильками.
За окном ранняя весна, такое же раннее утро долгожданной субботы. Мадрид сонно открывает глаза, вылезает из-под одеяла, плетется в кухню. Мадрид очень устал за насыщенный вечер пятница. Под окнами раздается жизнерадостное: "Доброе утро, Мадрид!" А в ответ сонно-озлобленное из соседнего двора: "Pa la Pinga!"
На столе стоит вазочка с васильками. Лепестки дрожат от ветра.
Солнечные зайчики прыгают по столу из бука, по темному подносу, по стеклянной тарелке и экзотической нарезке овощей в ней. Из телевизора доносится веселый голос ведущего, это "Местная кухня с Фернандо Каналесом", ровно в одиннадцать утра по местному времени. Голос шеф-повара перемежается с периодическими хлопками холодильника и ударами ножа.
Да, у Мадрида очень тяжелые субботние утра.
Алексайото Раллис не разделяет мнения Мадрида. В этом нет ничего странного, уроженец Греции, истинный афинянин, он привык, что раннее утро - еще не повод заканчивать праздник, а только причина продолжить его. И лучше сделать это потрясающе ароматным завтраком.
Грек поджаривает лук, одновременно добавляя в смесь яиц с сыром прованские травы, как в кухню, покачивая бедрами входит соблазнительная сеньорита. Она в его рубашке, темно-лазурный цвет придает ее темным глазам завораживающую таинственность. Она подходит сзади и прижимается всем телом, и Ралисс вздрагивает от неожиданности, увлеченный готовкой.
- Камила, слишком рано! - негодующе восклицает Алексайо. Он разворачивается к ней лицом, ласково целуя испанку в уголок пухлых губ, едва касаясь ладонями щек. Затем, усаживает ее за стол и возвращается к своему занятию. Испанка широко улыбается,откидывается на спинку стула и закидывает ногу на ногу. Оглядываясь, Раллис присвистывает и подмигивает ей, пританцовывая. Достав из духовки форму для выпечки, он одной рукой с помощью кисточки смазывает ее маслом, другой выключает жарящийся лук.
- Хэй, Алексайо, да выключи ты эту скукотень! - восклицает женщина, дотягиваясь до пачки сигарет и закуривая. Она строит ему глазки, но Раллис не подается, едва бросая на нее взгляд. Грек поглощен готовкой. Уже столько лет, а ему никак не наскучит смешивать овощи и травы, фрукты и крема, крупы и мясо. Складывая тушенные овощи и заливая все сырно-яичной смесью, мужчина элегантным движением руки отправляет форму в духовку, вертит выключатель до двухсот градусов и фиксирует кухонные часы на тридцати минутах.
- Сеньорита, завтрак не дождался постели, вы слишком рано встали! - Алексайо весело улыбается, облокачиваясь на стол. Женщина разводит руками, мол, не я виновата, что сон так чуток этим прекрасным утром! Раллис вынимает из ее тонких пальцев сигарету и тушит. Сам грек не курит, но лишить восхитительную сеньориту ее маленьких пристрастий не желает ни коим образом. Еще обидеться, а ведь он так старался приготовить оливково-сырную тортилью для нее!
- О, Алексайо! Дай хоть кофе... - Испанка возмущенно кривит губки.
- Только зеленый чай, - наставительно отвечает грек, и в два шага оказывается около шкафа, отведенного под всякие специи и чаи. Доставая китайский с жасмином, мужчина продолжает колдовать над чашками.
- Тебе ведь это должно быть знакомо, говорят, греки только и завтракают, что кофе с сигаретами.
- Сладкая, если бы мои земляки питались только этим, то правительство Греции возможно не ушло бы в такие долги.
Ралисс ставит перед ней керамическую чашку. Золотистая жидкость плещется почти у края. Испанке приходится приноровиться, чтобы не разлить кипяток себе на колени. Она поднимает яростный взгляд на смеющегося мужчину.
- Ты издеваешься, jiho de la puta!
Уворачиваясь от тычка, мужчина смеется и убегает в комнату. У него есть еще двадцать минут до главного звонка, а пока можно и поиграть в прятки с обворожительной сеньоритой.
На столе стоит вазочка с васильками. Лепестки дрожат от ветра. Из раскрытого окна вновь слышится: "Доброе утро, Мадрид!"
- Доброе, - кричит, смеясь, Алексайо, переваливаясь через перила балкона. Второй этаж, не страшно, - Доброе, сеньор!
Ему в ответ машет симпатичный молодой человек. Нет, он салютует ему французским батоном. Даже со второго этажа видно, как блестят на свету синие глаза. А улыбка! Ох, этот испанский народец! С кухни слышится крик Камилы, она не бежит за ним, но это пока.
- Сеньеор, куда путь держите?
- Домой. Скоро важный конкурс!
- Вы повар, сеньор? - Алексайо садится на перила, придерживая себя руками. Остается десять минут, десять, он считает про себя.
- Да. И Вы тоже? - незнакомец останавливается и лучезарно улыбается Ралиссу. Алексайо кивает и хочет протянуть руку, но осекается и хватается крепче. Испанец смеется, но понимающе кивает.
- Алексайо Раллис!
- Вэлеско Армеро.
- Возможно, мы еще встретимся, Вэлеско.
- Сердцем чую!
В этот момент дверь на балкон открывается и Камила выходит, демонстрируя всю свою красоту. Облокачивается на перила и улыбается испанцу.
- Хэй, сеньор, завидую вашему вкусу! Сеньорита, вы сногсшибательны! - испанец хватается за сердце, изображая всю силу чувств от увиденного, а потом, легко кланяется и уходит, насвистывая знакомую мелодию под нос. Когда он доходит до следующего дома, Армеро неожиданно разражается криком: "Доброе утро, Мадрид!"
- Странный какой.
- Пять минут, - шепчет Раллис и увлекает женщину в дом.
Еще целых пять минут. Время для покорения мира. Может, не всего, но одного уж точно.
Мира, пахнущего васильками.

   

All you need is...

главная